Мелиссе нужен был глоток воздуха, простой и чистый. От всей этой городской суеты, от звонков, которые не умолкали, от лиц, которые сливались в одно пятно. Она подала заявку почти не думая — вакансия смотрителя на пожарной вышке, в глубине леса, куда даже дорога была больше похожа на тропу. Её взяли.
Первые дни напоминали сон. Тишина, прерываемая только шелестом листвы да редкими птичьими голосами. Ровный график, кофе на крошечной веранде, смена в дозоре с биноклем. Рутина, которую она так жаждала.
Но потом лес начал меняться. Сначала мелочи: ветка, сломанная не там, где была вчера; странная тишина, будто все живое затаилось разом. Потом — тени, которые двигались не по солнцу. Звуки, похожие на шаги, но без следов на влажной земле у подножия вышки.
Однажды ночью приборы на вышке — простые датчики температуры и ветра — замерли, а потом показали цифры, невозможные для этого времени года и места. Воздух стал густым, тяжёлым, им было трудно дышать. То, что она видела в бинокль, не поддавалось логике: деревья будто слегка сдвигались, когда она отводила взгляд, а в глубине чащи мелькало что-то бесформенное, не отражающее свет.
Это уже не была работа. Это стала осада. Невидимое что-то тестировало периметр, пробовало на прочность не только замки на дверях, но и её рассудок. Оно нарушало привычный ход вещей: вода в кружке замерзала в тепле, компас крутился безумно, а по радио кроме шипения и нарастающего, низкого гула ничего не было.
Её смена, которая должна была закончиться через неделю, превратилась в бесконечность. Борьбу не с огнём, а с чем-то древним, безликим и абсолютно равнодушным к её страху. Каждую ночь она сидела, прижавшись спиной к стене кабины, и слушала, как это нечто скребётся по металлическим опорам вышки, пытаясь добраться до неё. До единственного свидетеля, который ещё пытался верить в законы природы.
